Кузнецкий рабочий 05.03.2011

Знал, в какую дверь стучаться

На двадцатилетие муниципального театра детского творчества “Юность” в зале драматического театра собрались люди, знающие историю “Юности” или, по крайней мере, слышавшие о ней.
Зал был полон. В первой части торжественного вечера, построенного в режиме нон-стоп, впечатляли видеозаписи, присланные из Санкт-Петербурга, Москвы, - выпускники “Юности”, окончившие театральную академию и связавшие свою судьбу с театром, поздравляли родную студию и педагогов с юбилеем и благодарили за первые в их жизни уроки мастерства.
Видеозаписи сменялись показанными на сцене отрывками из прошлых спектаклей “Юности”. И наконец, бывшие студийцы, а теперь артисты нашего драматического театра Олег Лучшев, Евгений Котин, Илона Литвиненко и Андрей Ковзель, “сдавали экзамен” зрителям - вышли с монологами из спектаклей. Андрея Ковзеля, любимца публики, сразу встретили овациями.
Вторая часть вечера носила более официальный характер - с приветствиями и награждением. Тем не менее градус настроения в зале был достаточно высок. А когда вышел на сцену получать почетную грамоту, подписанную главой города, основатель театра-студии “Юность” Олег Павловец, зал встал и долго аплодировал. Сегодня Олег Павловец - гость нашей рубрики.
- Олег, давай вспомним, как начиналась “Юность”. Кому и как пришла эта идея в голову? И что за ситуация была в стране, в городе, в театре?
- К созданию этого театра мы шли последние пятнадцать лет до 1990 года. Ты помнишь, наверное, эти недели “Театр и дети”, объединение “Театр, семья, школа”.
- Ты тогда был директором театра?
- Я тогда был его заместителем. А директором стал в 1991 году, когда и смог реализовать свою мечту. Конечно, мне нужен был единомышленник. На гастролях в Иркутске мы как-то разговорились с ведущим тогда артистом театра Валерием Нечаевым. Мы проговорили всю ночь. В сентябре 1991 года сделали первый набор. Конечно, у нас не было денег. Но мой организаторский авторитет был в городе достаточно высоким. Одно дело - мечтать, другое дело - знать, в какую дверь можно постучаться. Время было сложное. Разваливался Союз. Обстановка тревожная. И все-таки в городе были люди, с которыми можно было поговорить. В первую очередь тогдашний мэр города Евгений Иванович Блинов, заведующая отделом образования Центрального района Елена Афанасьевна Григорьева и бывший секретарь горкома партии, а в то время председатель Новокузнецкого отделения Фонда культуры Элеонора Филипповна Тарасова. Поддержка была психологическая.
Мы выпустили спектакль “Питер Пэн”. Поставил его Валерий Нечаев. Для нас это был символический герой, ведь профессия актера предполагает способность не расставаться с детством. Мы показали этот спектакль. А в мае повезли его в Ригу. Мы выступали на сцене Русского театра, и наших детей принимали с восторгом.
По приезде в Новокузнецк уже благодаря заведующей отделом культуры Екатерине Георгиевне Гольцовой нас принял Блинов, и мы убедили его, что эта структура должна быть муниципальной. И с 1992 года “Юность” стала муниципальным театром. На наше счастье, нашлись люди, которые умели слушать, видеть перспективы и подставлять плечо. Хотя, я скажу, в самом коллективе детский театр был встречен неоднозначно. И мне приходилось первые полгода убеждать актеров. Многие из них стали педагогами в “Юности”, и это были уже их дети. Валерий был главным режиссером “Юности”, а также ему приходилось быть и мамкой, и папкой. Особенно на гастролях. Это при том, что он был загружен в репертуаре драматического театра.
- Я помню этот замечательный спектакль “Питер Пэн”. И следующий за ним “Приключения на Миссисипи”. А потом ведь был “Эликсир Кретервейс”, на постановку которого ты пригласил бригаду известных в стране людей. Где брал деньги на гонорар, на декорации и костюмы?
- В те годы труд режиссера не оценивался в тех категориях, которые существуют сейчас. “Эликсир Кретервейс” вообще удивительно рождался. Пьесы-то не было. И вообще ничего не было, кроме сказки “Карлик Нос”. Вячеслав Дружинин до этого около трех лет работал на Бродвее. Меня с ним познакомили в Москве. Дружинин привел меня к своим друзьям. Это было где-то на Ленинском проспекте. В квартире были композитор и певец Андрей Билль, Лора Квинт, которая написала музыку к нашему спектаклю. Мы долго и бурно обсуждали будущий спектакль. Я подписал с ними договор. Через месяц приезжает бригада. Приехал балетмейстер Давид Авдыш, он тогда работал с Валерием Леонтьевым. И они ставили мюзикл. Тогда еще не было в России “Нотр Дама”. Все костюмы делались в Петербурге, за ними был авторский надзор. Работала питерская бригада художников - Миша Мокров и Александр Орлов.
- Это был грандиозный спектакль, я помню. Но это же дорого стоило.
- После того как в 1993 году благодаря нашему городу мы вывезли в Москву программу “Юные дарования земли Кузнецкой”, когда более двухсот детей играло на сцене Московского театра Сатиры, отношение многих к театру изменилось. Появились меценаты. Они давали, допустим, деньги на поездку в Ригу и ездили с нами. Они видели, в каких условиях живут дети. Я говорил: мне нужны деньги на костюмы. Бизнесмены встречались с художником, смотрели эскизы. На репетицию мог прийти предприниматель. Это категория людей, которых, к сожалению, сейчас нет.
Мы выпускали “Приключения Буратино”. Опытный педагог и режиссер по профессии Татьяна Леонтьевна Макулова привезла с собой интересного художника, который сделал красивое оформление. А денег-то нет. А где попросить? И я как-то вечером набрал домашний телефон Кустова. Говорю: “Борис Александрович, мне нужно с вами посоветоваться”. Он мне: “Олег, ты понимаешь, я же сейчас никто”. Я говорю: “Хоть просто посмотрите чертежи”. Проговорили с ним часа два на другой день. Через два дня звонит он мне: “Олег, езжай на ДОЗ, там тебе все сделают, и бесплатно”.
В 1995 году мне захотелось самому поставить “Оливера”. Я посмотрел его в Лондоне.
- Мы с тобой плавненько перешли к твоей режиссерской деятельности.
- Я считаю, что все-таки занимался педагогикой, а не режиссурой. Я с большим пиететом отношусь к профессии режиссера.
В 2003 году я работал только в “Юности”. Как-то я пришел к Анищенко. Говорю: Николай Петрович, я хочу поставить “Оливера”. Он мне: “Ради бога. Только денег нет”. Конечно, мне помогали актеры. Но нужно было быть постановщиком. Это потом я уходил в какие-то маленькие пьесы, где мог разрабатывать характеры. В общем, я обратился к хореографу Виктору Датиковичу Тзапташвили. Работая с Дружининым, я глубоко изучил природу мюзикла и понимал, что музыкальная основа там первична. Если мы поставим танцы, песни, то остальное придет. Все это в результате титанического труда вылилось в такой праздник, который был оценен и зрителем, и прессой по-бродвейски. Если ты помнишь, твоя рецензия появилась в газете чуть ли не на следующий день.
- У организаторов “Юности”, насколько я знаю, не было задачи направить детей по актерскому пути. Тем не менее многие выбрали эту профессию. Сколько их сейчас?
- Санкт-Петербургскую театральную академию окончили за все это время десять человек. В Москве, в Ярославле. Мы насчитали 35 человек, работающих в профессии.
- Как ты оцениваешь сегодняшнюю “Юность”?
- Я не имею права оценивать ее, потому что не нахожусь внутри коллектива. Думаю, что сегодняшнее руководство должно отдавать себе отчет в том, что в их руки вверена судьба пятидесяти - шестидесяти человек.
Мы показали этим вечером, что у “Юности” богатая история и хорошие традиции. Я желаю моему детищу только хорошего и считаю, что город должен понимать, что другого такого театра в стране нет, и потому стоит беречь его.

Татьяна Тюрина
(c)2007 Новокузнецкий драматический театр основан 6 ноября 1933 года dramanvk@yandex.ru